ВНИМАНИЕ!

Ассоциация саморегулируемая организация
"Центральное объединение организаций по инженерным изысканиям для строительства "Центризыскания"
(Ассоциация СРО "Центризыскания")

Александр Чайкин: НОПРИЗ должен готовиться к работе по двум, совершенно разным направлениям

Представитель Информационно-аналитического отдела встретился с членом Правления СРО НП «Центризыскания», генеральным директором ГП МО «Мособлгеотрест» Александром Александровичем Чайкиным

Генеральный директор ГП МО «Мособлгеотрест» Александр Александрович Чайкин

Генеральный директор ГП МО «Мособлгеотрест» Александр Александрович Чайкин

 

В городе Костроме 13 марта 2015 года пройдет конференция изыскательских и проектных СРО Центрального федерального округа, на которой будет рассматриваться вопрос о выдвижении кандидатур в члены Совета Национального объединения изыскателей и проектировщиков (НОПРИЗ). Накануне конференции один из кандидатов, член Правления СРО НП «Центризыскания», генеральный директор ГП МО «Мособлгеотрест»  Александр Александрович Чайкин встретился с корреспондентом нашего Информационно-аналитического отдела и ответил на вопросы о его видении положения дел в отрасли и приоритетных направлений деятельности нового Национального объединения. Кандидатура Александра Александровича выдвинута саморегулируемыми организациями «Центризыскания» и "Мособлпрофпроект». Предлагаем вашему вниманию текст интервью:

 
 
 

Александр Александрович, работа изыскательских предприятий в первую очередь зависит от инвестиционных планов региональных властей и частных инвесторов. Как складывается в этом году ситуация для изыскателей Подмосковья и каким образом предприятия региона будут выстраивать свою стратегию?

  • На самом деле мы все оказались в кризисной ситуации, которая вызвана падением цен на энергоносители и ограничением доступа России на рынки заёмного капитала. Для нас это далеко не первый кризис. Опыт предыдущих лет показывает, что тем локомотивом, который позволяет «вытащить» всю экономику, всегда было строительство. Именно поэтому власти Московской области, губернатор Алексей Юрьевич Воробьев уделяют первостепенное внимание развитию строительной отрасли в регионе. У нас есть генеральный план развития до 2020 года, разработанный ГУП МО «НИиПИ градостроительства». Он предусматривает строительство новых дорог, вокруг которых будут развиваться поселки, социальная инфраструктура, обсуживающие производства, торговые центры и т.д. Этот план понемногу реализуется при активном участии частных инвесторов. Вместе с тем, следует понимать, что в условиях финансовых ограничений акцент сейчас будет делаться на продолжении и завершении уже начатых объектов.

Что это означает для изыскателей?

  • Для изыскателей также, как и для проектировщиков, это означает определенное снижение объема работ. Необходимо будет предпринимать какие-то действия, чтобы сохранить костяк сложившихся трудовых коллективов. Потому что разогнать сотрудников несложно, а вот собрать хорошую команду профессионалов – на это уходят многие годы. Наше предприятие, например, уже сейчас ощущает на себе определенный спад экономической активности в регионе. Обычно мы выполняем работ на 180, иногда на 200 млн рублей в год. А в 2014 году мы сделали изысканий всего на 150 млн рублей. На этом фоне, конечно, повышение заработной платы в этом году не предвидится.

По тем работам, которые «Мособлгеотрест» выполнил в 2014 году, область с вами расплатилась?

  • Дело в том, что «Мособлгеотрест» не получает областных заказов. Мы уже много лет ищем себе работу самостоятельно – выполняем изыскания для строительства жилых домов, социальных, спортивных, культурных объектов, выполняем работы для строительства объектов сельскохозяйственного назначения.

Существует порядок проведения инженерных изысканий в Московской области. В соответствии с этим документом, все организации независимо от форм собственности и ведомственной принадлежности обязаны перед выполнением инженерных изысканий провести регистрацию программы работ в «Мособлгеотресте». После выполнения самих работ отчеты должны сдаваться в Мособлгеофонд, который мы ведем уже более 30 лет. Но за всё это время геофонд ни разу не финансировался из бюджетных источников.

Иными словами вы продолжаете выполнять функции территориального треста, зарабатывая на это средства в условиях конкуренции?

  • Конкуренция подразумевает предложение более качественного товара, изготовленного за более короткие сроки и за более низкую цену. Это три главных показателя, на которые должен ориентироваться заказчик. Но ведь проблема в том, что многие заказчики сегодня не обращают внимание на качество инженерных изысканий. Их интересует только собственная сиюминутная выгода. Фирмы, которые сегодня выигрывают тендеры, за душой часто не имеют практически ничего. У них нет оборудования, нет персонала, самые минимальные расходы на аренду помещений. На торгах они играют на понижение цены, выигрывают, но сами никаких работ производить не могут, а лишь перепродают контракты тем, кто готов работать за копейки, и таким образом зарабатывают свою маржу. Понятно, что качественно сделать работу за небольшие деньги невозможно. Поэтому большая часть необходимых объемов не выполняется, отчеты «рисуются» камеральным способом.

Вот и получается, что вместо конкуренции мы выясняем, кто продаст некачественный материал по более низкой цене. А мы в этом соревноваться не можем. У нас довольно крупная организация, много оборудования, которое надо содержать и ремонтировать – 8 буровых и зондировочных установок, много установок для штамповых испытаний грунтов в полевых условиях, около 30 автомобилей, трубонарезные, фрезерные станки. У нас высокая арендная плата за те помещения, в которых мы располагаемся.

На территории Московской области базируются примерно 600-800 изыскательских фирм. Кроме того, здесь работают примерно 300-400 фирм из других российских регионов. Это фирмы из Санкт-Петербурга, Твери, Тулы, Воронежа, Орла, Липецка, Нижнего Новгорода и т.д. Среди них есть очень достойные и конкурентоспособные фирмы. Но они тоже не могут работать по тем правилам игры, которые существуют!

Наш трест имеет лабораторию. Причем, наша лаборатория – одна из самых оснащенных и профессионально укомплектованных в России. Она может выполнять любые исследования. Те организации, которые не имеют своей лаборатории, естественно, пытаются сделать эту работу где-то на стороне и обращаются к нам. Вот приходит к нам фирма, которая ведёт изыскания для строительства особо опасного объекта. Если мы возьмем нормативные документы, то увидим, что для такого объекта необходимо отобрать 10 монолитов из одного инженерно-геологического элемента. А нам заказывают два! Остальные восемь они рисуют сами. Таким образом они экономят деньги, а на самом деле занимаются фальсификацией.

Возможно, это соответствует российскому менталитету? Все равно же при освоении таких огромных территорий невозможно выполнить весь тот объем изыскательских работ, который прописан в нормативных документах…

  • Вы знаете, «Мособлгеотрест» – это организация, которая выполняет изыскания так, как это прописано в нормативных документах и в техническом задании. Сколько скважин положено, столько мы и делаем. Мы проводили изыскания под новые микрорайоны в Люберцах. В соответствии с генпланом развития города несколько лет назад началось строительство четырех новых микрорайонов. Там была очень хорошая, ровная, однородная площадка. То, что называется чистое поле. Мы сделали изыскания под 3 микрорайона, видим – везде хорошие грунты, вроде все хорошо. Многие организации в таких случаях рисуют результат по четвертому участку, потому что геологический разрез в принципе понятен. Но мы продолжили бурение и оказалось, что грунты там на самом деле слабые, заторфованные. С виду вроде поле как поле. А на самом деле оказалось, что в этом месте когда-то было понижение рельефа, оно заполнялось растительными остатками, они перегнивали, шло наслоение, а в результате образовались слабые грунты. Мощность этих грунтов – метров 12. Если поставить здание одной стороной на эти слабые грунты, а другой стороной на те грунты, которые были известны, посередине этого здания будет трещина. Если посадить всё здание на слабые грунты, то будут совершенно другие осадки по сравнению с расчетными для близлежащих площадок.

В результате построили там микрорайон?

  • Конечно, построили! Только потребовалось заложить в проект другой тип фундаментов. А вообще, у нас достаточно много зданий строится на таких площадках, где данные по инженерным изысканиям нарисованы. И на самом деле это преступление. Потому что речь идет о безопасности людей.

Что необходимо сделать, чтобы изменить ситуацию?

  • Если в государстве будет понимание роли инженерных изысканий, тогда может быть через некоторое время ситуация улучшится. Но мне кажется, многие руководители просто недопонимают, для чего нужны наши работы.

Нам надо активнее участвовать в политических и общественных мероприятиях, пропагандировать лучшие отраслевые практики, вступать в диалог с теми людьми, которые принимают решения на государственном уровне, продвигать позиции, направленные на повышение роли инженерных изысканий, во все стратегические программы и «дорожные карты» правительства, создавать специальные программы повышения квалификации для тех специалистов, которые выполняют функцию технического заказчика, отвечают за распределение средств в рамках конкурсных процедур, проводить разъяснительную работу с инвесторами.

В результате на всех уровнях должно появиться понимание, что эффективное расходование инвестиционных ресурсов зависит от проработки проектных решений, а качество проекта зависит от достоверности результатов инженерных изысканий.

В качестве одной из эффективных точечных мер, которая быстро даст положительный эффект, можно предложить активизацию инженерных изысканий на территориальном уровне. Дело в том, что во всем мире существует два подхода к организации инженерных изысканий – территориальный и объектовый. И в нашей стране в любом крупном мегаполисе и в любом субъекте федерации должна быть крупная организация, которая, формирует единую геодезическую основу, ведет единое геологическое картографирование по всей территории, постоянно ведет мониторинг, собирает и обобщает всю полученную информацию для фонда материалов инженерных изысканий.

Наличие хорошего территориального фонда позволяет сделать работу небольших изыскательских организаций более осмысленной. Когда производятся изыскания под строительство конкретного объекта, наличие обобщенных данных по этой территории за прошлые годы позволяет снизить трудовые и финансовые затраты. Новые результаты позволяют уточнить представление аналитиков фонда о геологической среде и снизить затраты тех, кто будет работать на этой территории в последующем. Но для этого надо, чтобы данные, поступающие в геофонд, были достоверными.

Какие сегодня существуют подходы к организации деятельности фондов материалов изысканий прежних лет?

  • Понятие государственный фонд материалов и данных инженерных изысканий появилось в Градостроительном кодексе РФ уже достаточно давно. Проблема в том, что там не прописано, как должна строиться работа этого фонда. Поэтому сейчас, когда этот вопрос начали обсуждать вплотную, мнения разделились.

Некоторые говорят, что должен быть один государственный фонд и одна совершенно отдельная от всех организация, в которой будут сосредоточены все материалы по инженерным изысканиям по всей стране. Лично я считаю, что это полная утопия. У нас есть территории, по которым фонды материалов инженерных изысканий не ведутся или существуют в зачаточном состоянии. С другой стороны, есть институты, которые занимаются изысканиями в рамках своей отраслевой специфики и располагают собственными отраслевыми фондами. Ну и пусть они у них будут! Сосредоточить фонды в каком-то одном федеральном учреждении и потом из Хабаровска или Южно-Сахалинска ехать в Москву, чтобы работать с этими данными – это абсурд.

Эта задача должна решаться в субъектах РФ. И следует понимать, что создание и ведение фондов потребует больших затрат.

Это, наверное, должно быть предметом диалога между отраслевым министерством и Национальным объединением, которое отстаивает профессиональные интересы изыскателей…

  • Мы работали в этом направлении в рамках Национального объединения изыскателей (НОИЗ). Была даже сформирована комиссия, которая занималась разработкой нормативных документов, регулирующих вопросы формирования и деятельности фондов материалов и данных инженерных изысканий. Возглавлял её Виктор Анатольевич Маслов – руководитель СРО НП "Объединение Инженеров-Изыскателей в Строительстве" (Нижний Новгород).

Комиссия разработала целый пакет документов, направила их в Минстрой России, к решению задачи подключилось даже Агентство стратегических инициатив. Сейчас эту работу необходимо будет продолжить в рамках Национального объединения изыскателей и проектировщиков (НОПРИЗ).

Как Вы оцениваете потенциальные возможности нового объединения по продвижению инициатив профессионального сообщества?

  • В НОПРИЗе сейчас разрабатываются основные направления деятельности. Там есть спорные положения, есть чисто декларативные позиции. Но общее направление правильное. Очень хорошо, что президентом НОПРИЗ стал Михаил Михайлович Посохин. Это очень уважаемый человек, знающий, авторитетный профессионал. На этом этапе предстоит решить одну очень важную задачу – создать работоспособный Совет. От того, какой выбор сделают руководители СРО в ходе окружных конференций, как раз и будет зависеть эффективность Нацобъединения. Уже внутри Совета необходимо будет распределить участки работы, назначить ответственных и потом спрашивать уже с них.

Очень многое будет зависеть от аппарата, от координаторов в округах. Теперь они будут отвечать за две совершенно разные сферы деятельности. И в целом не уровне Национального объединения мы должны готовиться к содержательной и самое главное – результативной работе по двум совершенно разным направлениям. Потому что даже на законодательном уровне инженерные изыскания прописаны, как самостоятельная сфера.

Лично я очень сожалею о том, что наше изыскательское Национальное объединение развалилось. Конечно, большое «спасибо» за это Леониду Григорьевичу. Понимаете, у нас начались сплошные распри – сначала борьба с Богдановым, потом с «декабристами», которых возглавлял Павел Клепиков. Именно это и привело к развалу. Если бы не было внутренних противоречий, то ничего бы этого не произошло.

А теперь дело сделано, законодательно всё прописали. Но особых поводов для того, чтобы впадать в истерику, нет. Всё идет, как идет, и ничего страшного в этом нет. Просто обидно. Потому, что всего этого могло и не быть.

А сейчас те СРО, которые не смогут провести своих представителей в Совет, всё равно будут иметь возможность формулировать свои позиции по тем вопросам, которые будут рассматриваться в рамках Нацобъединения, и по тем специфическим вопросам, которые необходимо решать в интересах изыскателей. Кроме того, я думаю, что в НОПРИЗе не будут отказываться от рассмотрения мнений тех или иных сторонних организаций.

Какие задачи в деятельности НОПРИЗ Вы считаете первоочередными?

  • Сейчас на государственном уровне поставлена задача развивать типовое проектирование. Берутся проекты, например, физкультурно-оздоровительных центров, детских садов, школ, из них выбираются наиболее удачные и наиболее экономичные и привязываются к местности. Но ведь при этом необходимо учитывать природные условия, любому строительству, любому проектированию и даже привязке типового проекта должны предшествовать инженерные изыскания.

Важная задача – инвентаризация нашей нормативной базы. Очень многие положения наших нормативно-технических документов и базовых законодательных актов противоречат друг другу. Возникает много проблем в ходе прохождения экспертизы, создаются предпосылки для коррупции.

Одной из первоочередных задач является разработка актуального сборника цен на изыскательские работы. После того, как новый сборник будет разработан и узаконен, возникнет следующая задача – определить максимально допустимое изменение цены в ту или иную сторону контракта в ходе конкурсных процедур. В этом случае заказчик будет понимать, что деньги примерно одни и те же. Значит выбирать надо тех, кто лучше оснащен и способен обеспечить более высокое качество.

Вообще, у меня сложилось такое впечатление, что нам необходимо добиваться пересмотра законодательства о государственных и корпоративных закупках в части инженерных изысканий. Дело в том, что инженерные изыскания не являются ни товаром, ни работой, ни услугой. На самом деле это научные исследования. Мы производим информацию и результаты нашего труда являются интеллектуальной собственностью. Я бы даже вывел инженерные изыскания из-под действия Федерального закона № 44-ФЗ. Соответствующие изменения необходимо внести и в общероссийские классификаторы продукции и видов экономической деятельности. Тогда и налогообложение изыскательских предприятий будет соответствовать специфике их работы.

И еще один важный момент – это организация надзора за проведением инженерных изысканий. Причем надзорные мероприятия должны проводиться именно тогда, когда проводятся сами изыскания. Это меру необходимо прописать в Градкодексе.

Национальное объединение должно способствовать улучшению качества профессиональной подготовки и повышения квалификации специалистов. «Мособлгеотрест», например, много лет сотрудничает в этом вопросе с кафедрой инженерной геологии Российского государственного геологоразведочного университета имени Серго Орджоникидзе. Мы постоянно встречаемся и пытаемся им подсказать, на что надо обратить внимание, чтобы и система образования, и наука развивались в прикладном, практическом направлении. Определенных результатов нам удалось достигнуть. Эту работу надо вести и на уровне НОПРИЗа.

Актуален вопрос организации производства оборудования на базе крупных изыскательских предприятий. Раньше многие ТИСИЗы имели в своем распоряжении хорошую материально-техническую базу. Были даже свои мини-заводы по изготовлению оборудования. А сейчас приходится заказывать оборудование из малопрочной стали, совершенно не соответствующее ГОСТам.

По Вашей оценке, министерство сейчас настроено на диалог с профессиональным сообществом?

  • Думаю, что настроено. Ведь в министерстве нет узких специалистов – чистых проектировщиков, чистых изыскателей, которые могли бы рассмотреть ту или иную проблему во всех аспектах и принять правильное решение. Конечно, должен быть не только диалог, должно быть взаимодействие. Тогда всё пойдет нормально.

Информационно-аналитический отдел